Взяв власть, большевики уверяли рабочих и крестьян, что все зло на земле от частной собственности и мелкого производства. Они стали настойчиво переводить мелкие крестьянские хозяйства в круп­ные, объединяя их в колхозы и совхозы. Этот процесс в своем развитии прошел три больших этапа. Первый пришелся на годы Гражданской войны.
С весны ] 918 г. по городам и селам России заполыхало пламя Гражданской войны, которая не обошла стороной и Ардатовский уезд. В июле 1918 г. ардатовцы активно участвовали в подавлении эсеровского мятежа в Муроме, где сражались Выксунская и Куле-бакская боевые дружины рабочих. Когда белочехи овладели Ка­занью. Нижегородская губерния оказапась прифронтовой. На заводах формировались отряды Красной гвардии. 2 октября 1918 г. Ардатовский комитет РКП(б) приступил к военном}' обучению всех коммунистов. Провели партийную чистку, из всех учреждений уволи­ли меньшевиков и эсеров. На случай возможной оккупации губернии белочехами в Ардатове формировался партизанский отряд во главе сКоробко.
С расширением фронтов Гражданской войны Красная гвардия, состоявшая из матросов и рабочих, заменялась массовой Красной армией, основанной на мобилизациях крестьян. Но они, уставшие от окопов первой мировой войны, уклонялись и дезертировали. К1919 г в лесах Ардатовского уезда скопилось столько дезертиров, что большевики испуг&тась за свою власть. 13 июля 1919 г. экстренное заседание уездного исполкома и укома РКП(б) мобилизовало всех коммунистов, провело чистку в уездном гарнизоне на благонадеж­ность и запросило у губчека вооруженный отряд в сто бойцов с двумя пулеметами. На другой день, 14 июля, уезд был объявлен на военном положении, выход на улицу после 11 часов вечера запрещался, на телеграфе был установлен контрольный пост из двух коммунистов.
Для успешной мобилизации в Красную армию был создан Револю­ционный комитет. Однако крестьян волновало другое—земля. Они ждали, что большевики, которым они поверили в 1917 г., передадут им помещичью землю. Но их ожидало горькое разочарование. В 1918 г. уездный земельный отдел взял на учет 117 частновладельческих имений, но большинство из них были мелкими, 86 возвращены пре­жним владельцам. На землях 29 оставшихся были организованы совхозы и коммуны. Ардатовские крестьяне в очередной раз оказа­лись обманутыми.
Это породило в деревне, в том числе и в волостных Советах.
антибольшевистские настроения, что серьезно встревожило партию. Она теряла доверие большинства населения страны. Вот тогда, во второй половине 1918 г., советская власть провела хирургическую операцию с крестьянскими советами. Во всех деревнях были учреж­дены печально известные комитеты бедноты, наделенные диктатор­скими правами. Они изгнали из волостных и сельских Советов пред­ставителей состоятельной части деревни и сделали крестьянские Советы во всем послушными большевикам. В Ардатовском уезде систему сельских комбедов объединял и координировал комбед уездный, избранный 6 декабря 1918 г. на первом съезде ардатовских комитетов бедноты.
Первоначально большевики увлеклись коммунами, создававши­мися преимущественно в бывших помещичьих имениях на базе сохранившегося имущества. В них поселяли, как правило, голодаю­щих рабочих, чтобы они подкормились на остатках барских харчей. В Ардатовском уезде организация коммун началась с осени 1918 г. 3 декабря бюро коммун докладывало уездному земельному отделу: на 30 ноября зарегистрировано 7 коммун: им. В.И.Ленина, «Свет». «Пушкарка», «Светлая заря», «Единение и труд», «Труд и воля», «Лесные братья». Первые две разместились в имении помещика Поликарпова. Им было отведено 125 и 100 десятин земли с условием интенсивного хозяйства. Коммуне «Труд и воля» был отдан хутор Покровского женского монастыря в 70 десятин. Ташинская коммуна «Единение и труд» получила 200 десятин из имения Кондакова.
Но трудно было что-либо организовать в имениях, опустошенных крестьянами, и уездный земельный отдел констатировал, что «боль­шинство имений осталось без живого и мертвого инвентаря и необхо­димых построек. Попытки отобрать увезенное обратно в большинст­ве случаев ни к чему не привели». Поэтому большинство коммун не состоялось, развалилось. Губернский земельный отдел в 1918 г. планировал создать в Нижегородской губернии 100 коммун, а к декабрю удалось создать только три.
При организации коммун наблюдались поспешность и показуха, в чем особенно отличались власти Ардатовского уезда. Заведующий бюро коллективных хозяйств губернского земельного отдела Н.Н Царевский отмечал: «Пока дело организации коллективных форм сельского хозяйства идет как Бог на душу положит. В Ардатовском уезде, например, земельный отдел, заразившись увлечением народ­ного комиссара земледелия — «коммуны во что бы то ни стало».— довел строительство коллективных форм сельского хозяйства до абсурда: отдал под коммуны все бывшие частновладельческие име­ния, делал коммунарами служащих учреждений, никогда сельским хозяйством не занимавшихся, регистрировал коммуны, состоявшие из лиц стемным прошлым—судимостью закражу и пр. Причем всем этим коммунам отводил землю не только без согласия крестьянских хозяйств, но и в ущерб их справедливым интересам». Как видно, антикрестьянская политика советской власти усугублялась голово­тяпством и злоупотреблениями местных «творцов новой жизни». Неудивительно, что ардатовские коммуны оказались мыльными пузырями, к 1919 г. большинство их развалилось.


                                                                         Назад..      Далее..