К 1917 г. Ардатовский уезд подошел сильно измененным первой мировой войной. Заводы, получившие военные заказы, расширили производство, число рабочих достигло 40 457 и составило 22% насе­ления уезда. Это был самый высокий показатель в губернии, превы­шавший показатель Балахнинского уезда с его Сормовским заводом (16%). Но это были не городские пролетарии, а бывшие приписные крестьяне, проживавшие в окрестных селениях и ведшие полукресть­янский образ жизни. Доля городского населения была по-прежнему мала—5586 горожан г. Ардатова(3% населения).
Войнабольно ударилано деревне. Забралаработоспособных муж­чин и большую часть тягловой силы (коней). Вся тяжесть нелегкого крестьянского трудапаланаженщин, стариков и детей. Ношадляних оказалась непосильной, в результате стали сокращаться посевы, деревня обнищала. Война подорвала и крестьянские промыслы. От­хожие, кудаходили в основном мужчины, пресеклись, анаместныеу измученныхженщин недоставало сил.
Массовое обнищание всегда порождает социальную напряжен­ность в обществе. Свой первый гнев ардатовцы обрушили напомещи-ков и заводчиков с иностранными фамилиями, особенно немецкими. В начале войны в стране поднялась волна патриотизма, славянского единства против тевтонов, древних притеснителей славянства. По настоянию общественности правительство конфисковало у баварца ЛессингаВыксунские заводы. Крестьяне круто расправились с поме­щицей Шверин: сожгли усадьбу (дом, флигель, людскую избу, кладо­вую, 3 амбара, конюшню, скотный двор, курятник, каретник, 2 омша­ника, сенницу). В огне погиб запас хлеба, скот, инвентарь, упряжь. Общий ущерб оценивался в 50 тыс. руб. В поджоге подозревали крестьян с. Худошина, но доказать не смогли.
О революционных событиях в столице и Москве жители Ардатов-ского уездаузнали от пассажиров железной дороги Москва— Казань, проложенной в 1911 г. по северной части края. А нижегородские власти не спешили «порадовать» глубинку революционными новостя­ми. Да и некогда им было, в Нижнем шла драматическая смена власти. Губернатор А. Ф. Гире, полицмейстер Л.Г.Цицерошин, на­чальник жандармского управления И. Н. Мазурин и другие высшие губернские чиновники были арестованы. На место губернаторов и уездных исправников Временное правительство назначило своих комиссаров из председателей земских управ. Первым комиссаром Нижегородской губернии стал П. А. Демидов — кадет, председатель губернской земской управы. Лишь когда сформировался губернский Совет рабочихдепутатов, он 8 мартаразослал вуездные городасвоих делегатов «для информирования».
События в Ардатове развивались следующим образом. 3 марта председатель уездной земской управы князь И. Д. Звенигородский, городскойголовакупец Калинин и воинский начальник подполковник Неклюдов получили откомиссарагуберниителеграмму: «Вступите в начальствованиеуездом...Напредседателя уездной земскойуправы князя Звенигородского возлагаются обязанности уездного комисса­ра».
Но с такой перелицовкой старой власти не согласилось население. Поел е Февральской революции наряду с административными органа­ми власти, назначавшимися сверху, по всей стране формировались новые органы самоуправления в лице общественных исполнительных комитетов. 18 мартаЗвенигородский просил у губернского комиссара 50 солдат «дляустановления порядка». Это его окончательно погуби­ло, ибо вызвало возмущение жителей.
В уезде сформировался постоянный исполнительный комитет на паритетных началах из представителей всех общественных организа­ций. 19 марта он сместил Звенигородского с поста уездного комис­сара, избрав на его место И.В. Галкина — председателя уездного союза мелких кредиторов. Это было выдающееся событие, потому что во всех других уездах комиссары назначались из Нижнего. Ардатовцы положили начало демократическому (выборному) реше­нию проблемы местных комиссаров, чему потом последовали другие уезды и сам Нижний Новгород.
Временное правительство считало земства «драгоценным насле­дием» и предполагало передать им всю власть на местах. Для деревни оно готовило волостную земскую реформу, а до нее хотело сохранить на селе царскую систему управления — волостные и сельские правления во главе с волостными старшинами и сельскими старостами. Но с этим не согласились крестьяне, потому что старая власть на селе былатак сильно обюрокрачена чиновниками, особенно земскими начальниками, что от крестьянской демократии осталась одна видимость, а на практике волостные и сельские правления были превращены в низовой аппарат центральной власти, выполнявший самые «грязные» функции: полицейские и фискальные (сбор налогов).
Опираясь на демократические идеи Февральской революции, крестьяне радикально перестроили сельское самоуправление: ликвидировали обюрокраченные волостные и сельские правления, замени­ли их волостными и сельскими комитетами, которые руководствова­лись не приказами чиновников, а постановлениями крестьянских сходов, за что стали именоваться исполнительными. Это был обще­российский процесс.
Отдел сношения с провинцией Временного комитета Государствен­ной думы констатировал: «Первое, с чего начали крестьяне, — это выборы в сельские и волостные комитеты. К концу второго месяца революции (т. е. апреля) они образовались почти повсюду». 2 июня, докладывая министру внутренних дел, нижегородский губернский ко­миссар отмечал, что «губерния покрылась сетью комитетов, начиная с губернского и кончая сельскими». Это были новые, демократичные органы сельского самоуправления, состоявшие в основном из кресть­ян. А в Ардатовскомуезде все 29 волостных исполнительных комите­тов были «исключительно крестьянскими».
Одновременно ликвидировалась и царская полиция, до крайности ожесточившая против себя население. Ардатовский уезд делился на пять полицейских станов: Велетьминский, Дивеевский, Кулебакский, Личадеевский и Макателемский. В рабочих поселках Виля, Выкса. Кулебаки и Ташино находились полицейские надзиратели. А в Арда-тове, Выксе, Кулебаках и Мухтолове — жандармы (политическая полиция). Во всех волостях имелись полицейские урядники со страж­никами.


                                                                         Назад..      Далее..